Дагестанский историк ответил Кадырову за имама Шамиля

Дагестанский историк Зураб Гаджиев сделал детальный разбор видео-трансляций Рамзана Кадырова, в которых Глава Чечни озвучивал вопросы по личности и роли Имама Шамиля.

21 августа, на Youtube-канале «Дагестанское историко-географическое общество» был выложен 30-минутный ролик, на котором Гаджиев ответил на семь вопросов, которые неоднократно озвучивались Рамзаном Кадыровым в интервью ИА «Чечня сегодня», в личных онлайн-трансляциях и в интервью журналисту OnKavkaz Руслану Курбанову. В конце ролика Гаджиев сделал заявление.

Отвечая на первый вопрос Кадырова о причинах отъезда имама Шамиля в Калугу, Гаджиев пояснил, что имам Шамиль пребывал в Калуге «не по собственному удовольствию», а был доставлен под конвоем (как военнопленный), как в место пребывания – до тех пор, пока имаму с семьёй не разрешат уехать в хадж.

Гаджиев отметил, что Калуга в разное время была местом ссылки и для последних правителей Крымского ханства и Младшего жуза (союза – РИА «Дербент») Казахского ханства.

«Точно так же, как из Грузии были вывезены все члены царского рода Багратиони, чингизиды были вывезены из Казани, Астрахани и других завоёванных государств. Такова была государственная традиция Российской державы, дабы избежать восстаний сторонников прежних династий. Они становились аманатами гарантировавшими лояльность местных элит.

И то, что Шамиль со всей семьёй был вывезен из Дагестана говорит лишь о том, что созданное им государство получило международное признание, игнорировать которое российский император уже не мог», — отметил Гаджиев.

Отвечая на реплику Кадырова, что после заключения мира на Гунибе и пленения Шамиля из Гуниба 500 мюридов во главе с Байсонгуром Беноевским с боем прорвали три кольца окружения горы Гуниб для отступления в Чечню, Гаджиев пояснил, что эта история недостоверна.

«Эти сведения из песен 15-20-летней давности безнадёжно устарели. С тех пор, про последние дни и часы Шамиля на Гунибе вышло немало статей и работ, в частности, работа Патимат Тахнаевой. Более того, на сайте Чеченской Академии Наук вышла реакция [академии], в которой также признаётся, что документов подтверждающих факт нахождения Байсонгура на Гунибе до сих пор не обнаружено…

А если вы не были на Гунибе, то мы вас приглашаем и вы сможете убедиться, что эту гору невозможно окружить в три кольца, да и незачем, у неё всего два-три места с которых можно спуститься», — разъяснил Гаджиев.

Отвечая на вопрос и сетование Кадырова о том, что Шамиль заключил мир с Россией только спустя 20 лет войны после поражения в Ахульго, Гаджиев напомнил, что Имам Шамиль пытался договориться о мире накануне и во время осады царскими войсками крепости Ахульго, ради чего был отдан в аманаты старший сын имама Шамиля Джамалутдин.

Но имам Шамиль всё же добился перемирия, заявил Гаджиев. По словам историка, между Имаматом Шамиля и Российской империей Николая Первого, в разгар Крымской войны, в 1855 году было заключено Хасавюртовское соглашение о перемирии, а не просто обмен пленными, как принято трактовать. Но перемирие было нарушено после смерти Николая Первого новым российским императором Александром Вторым в 1857 году.

«Кто знает, если бы имперские власти не нарушили в 1857 году мир, не возобновили бы войну на уничтожение горцев, Шамиля мог бы сменить его достойный сын Джамалудин (с 1839 года по 1855 Джамалудин с 10 лет рос в Петербурге как «аманат» несостоявшегося заключения мира) получивший блестящее европейское и военное образование и лояльно относившийся к русской культуре. Быть может, сближение горцев и России могло бы произойти эволюционно, а не революционно и насильственно.

И, возможно, мы бы смогли избежать множество последующих трагедий нашей общей истории: многочисленных восстаний и войн. И быть может, стали бы вовсе не нужны повторные Хасавюртовские соглашения 1996 года», — отметил Гаджиев.

После ответов на вопросы Гаджиев обратился к Рамзану Кадырову с призывом начать научно-общественный диалог между тремя республиками: Ингушетией, Чечнёй и Дагестаном. Историк предложил провести новую общероссийскую конференцию об истории Кавказской войны в честь 160-летия окончания войны на Восточном Кавказе. Для организационной и финансовой части такого мероприятия Гаджиев обратился с призывом к депутатам Госдумы и членам Совета Федерации РФ от Дагестана.

«Я обращаюсь также и к вам, Рамзан Ахматович, а также к новому главе Ингушетии Калиматову Махмуду Али«, — отметил Гаджиев в своём обращении.

В разговоре с РИА «Дербент» по поводу научной конференции Гаджиев отметил, что такое мероприятие снова назрело.

«В советские годы, в 1959 году, когда прошла всесоюзная конференция на эту тему, в организации этого мероприятия участвовал и мой дед Владилен Гаджиев. Научное сообщество историков Советского союза жило одним миром, сам подход к трактовке истории был единым. В 90-е годы, когда с истории Кавказской войны была снята идеологическая цензура государства, об имаме Шамиле книг было написано видимо-невидимо, апогеем этого стало в 1997 году празднование 200-летия рождения имама Шамиля. Можно даже сказать, что в то время тема Шамиля из-за этого успела даже поднадоесть.

Теперь же за прошедшие 23 года выросло новое поколение, когда молодёжь мало что знает об Имаме Шамиле, а научное сообщество, не хочу говорить «маргинализировалось», но оно расщепилось. И теперь научные круги, допустим, Москвы и республик Северного Кавказа живут параллельными мирами и развивают историческую науку по этой теме независимо друг от друга. В такой ситуации научный диалог на сегодня назрел.

О том, что нужен диалог между нашими регионами я слышу давно от разных людей разного статуса. Кто-то говорит о научном диалоге, кто-то имеет в виду общественно-политическую обстановку. Я, как историк, готов продолжить дело своего деда по историческому наследию нашего края.

Реакция на нашу инициативу уже есть, и пока она исключительно положительная. Установлен контакт и с рядом лиц и организаций, упомянутых в обращении. Но пока идет формирование инициативной группы и еще рано загадывать какие-то места или даты», — прокомментировал Гаджиев.

РИА Дербент